Вас вызвали в дом, где медицина бессильна. Двенадцатилетняя девочка прикована к постели, но ее голос звучит на сотнях языках, а глаза полны первобытной ярости. Это не болезнь. Это вторжение ада.
Вас вызвали в дом, где медицина бессильна. Двенадцатилетняя девочка прикована к постели, но ее голос звучит на сотнях языках, а глаза полны первобытной ярости. Это не болезнь. Это вторжение ада.
Эллисон, автор детективов, переезжает со своей семьей в небольшой городок и селится в доме, где год назад развернулась леденящая душу трагедия. Была убита вся семья, кроме 11-летнего ребенка, которого так и не нашли.
Вы купили новый дом. Радость от переезда в новое, более комфортабельное жилье сменилась тревогой: шорохи, скрипы, топот и смех в ночи не оставили вас спокойными.
Вас вызвали в дом, где медицина бессильна. Двенадцатилетняя девочка прикована к постели, но ее голос звучит на сотнях языках, а глаза полны первобытной ярости. Это не болезнь. Это вторжение ада.
Эллисон, автор детективов, переезжает со своей семьей в небольшой городок и селится в доме, где год назад развернулась леденящая душу трагедия. Была убита вся семья, кроме 11-летнего ребенка, которого так и не нашли.
Вы купили новый дом. Радость от переезда в новое, более комфортабельное жилье сменилась тревогой: шорохи, скрипы, топот и смех в ночи не оставили вас спокойными.